Главная Рассказы туристов Владимир: от Золотых ворот до рюмочной-пельменной.

Владимир: от Золотых ворот до рюмочной-пельменной.

Владимир: у наших спутников синдром Стендаля.Владимир мы увидели почти через сутки после того, как попали в него. Проделав свыше 900 километров, после блужданий по заповедным муромским лесам мы добрались до Владимира поздно ночью и сразу устремились в забронированный заранее отель с добрым и уютным названием «Гладиатор». На второй день мы изучали Боголюбово и церковь Покрова-на-Нерли, а после обеда уже вернулись во Владимир. Была идея успеть осмотреть в этот же день Успенский собор, который работал до 18.00 и Золотые ворота, открытые до 17.00. Правда, при въезде во Владимир мы обнаружили, что у некоторых, наименее стойких, членов группы (в частности, у французов) наблюдаются первые признаки синдрома Стендаля. Для тех, кто не знает – это психосоматическое расстройство, вызываемое чрезмерной дозой произведений искусства.

Поэтому мы бросили арьергард пить кофе около нашего бордового «Мерседеса», а сами побежали смотреть Золотые ворота. Построены они были во времена Андрея Боголюбского как часть оборонительных укреплений Владимира, – уникальный архитектурный памятник с богатой историей. Ворота были возведены в XII веке, приблизительно в 1158-1164 годах. Оборотной стороной жестокости и деспотичности Боголюбского было активное строительство, которое развернулось в эти годы. Даже странно представить, что большинство памятников Северо-Восточной Руси, которыми мы сегодня восхищаемся, были возведены за какие-то двадцать лет. Ворота составляли единую оборонительную систему вместе с валами, часть которых сохранилась как раз у Золотых ворот – это Козлов вал, на который можно взобраться и погулять по нему. На валу стоял высокий бревенчатый тын – стена из толстых заостренных сверху кольев – и глухие башни. Валы вплотную примыкали к воротам, у которых тогда не было полукруглых башен - они появились как раз после того, как убрали часть валов, выполнявших роль контрфорсов. Надвратная церковь тоже выглядела чуть иначе.

Функция ворот была не декоративной, а именно оборонительной – впрочем, во в1238 году они не спасли город от орды хана Батыя. Хотя татаро-монголы не смогли взять ворота, они проломили стены южнее от ворот и все-таки взяли город. Внутри ворот можно подняться по лестнице – это стоит сделать даже и в том случае, если наверху вы не захотите заплатить за билет и посмотреть диораму «Взятие Владимира Батыем» (периодически выключают свет в зале, и со световыми эффектами, под мрачную музыку идет рассказ о происходивших тогда событиях). На площади Золотых ворот стоит еще интересная Троицкая церковь. Она была построена в 1916 году для старообрядческой общины Владимира – построена, как ни странно, в актуальном для того времени неовизантийском стиле с добавлением элементов древнерусского зодчества. По цвету она перекликается с водонапорной башней, стоящей на Козловом валу, а по общим пропорциям – с Золотыми воротами – большой кубический объем, увенчанный узорчатым верхом. Еще один любопытный образец модерна также стоит на площади Золотых ворот – это трехэтажное здание, очевидно, строившееся изначально для публичных целей – к сожалению, не удалось найти информацию о его истории (может быть, кто-то подскажет?). Мы хотели осмотреть еще Успенский собор – главный храм Владимира, заложенный в том же 1158 году. Для его строительства храма были приглашены мастера из Киева и Поднепровья, и даже архитекторы, присланные Фридрихом Барбароссой. Некогда простой и стройный, храм, к сожалению, дошел до нас в измененном виде. Поэтому более скромный Дмитриевский собор, который находится в пятистах метрах производит более целостное впечатление. В Успенском же мы хотели осмотреть внутри фрески Рублева – но увы! Собор оказался закрыт. Перед Успенским собором – большая площадь с фонарями в стиле ар деко. С обрыва открывается вид на Клязьму и мост, по которому мы утром и вечером проезжали по дороге из отеля/в отель. Юные владимирцы пляшут свои дикарские танцы, а более взрослые чинно прогуливаются под ручку со своими законными супругами и просто случайными спутницами. Такое количество свободно перемещающихся людей привело к тому, что у наших девушек появилась идея-фикс: они решили, что им необходимо срочно найти молодого человека по имени Владимир и сфотографироваться с ним. В городе, значит, Владимире.

Соответственно, они стали подходить подряд ко всем молодым людям и допрашивать их на предмет имени. Надо отдать должное владимирцам: даже соблазн познакомиться с привлекательными девушками не заставил их соврать. Владимиров найдено не было. Впрочем, охота была продолжена на второй день, и им повезло – был отловлен тезка города и сфотографирован в обнимку с девушками. Кстати, у Владимира была и своя девушка, которая смотрела на все действо без особого восторга и складывала в уме нравоучение, которое стала произносить, лишь фотосессия закончилась.

Утолив голод духовный, мы отправились осматривать улицу Московскую в поисках места, где можно было бы утолить и голод физический. По дороге обратили внимание на примеры ambient media. Тут наша компания снова разделилась. Мы дошли до Блинной – павильончика, внутри похожего на советскую столовую, только чистого и светлого, со вполне вменяемыми ценами. Мы там решили остаться, но часть компании сказала, что уже ела блины и в Арзамасе, и в Муроме, и в отеле, и хотела наконец-то, во Владимире попробовать что-то новое. Хотя бы и пельмени. В поисках пельменной они гордо отправились дальше по Московской. Так наша компания разделилась на две политических партии – блинную и пельменную. Мы, блинники, очень славно поели блинов с икрой и мясом, запивая их холодным пивом из граненых (!) стаканов разработанных Верой Мухиной. А вторая партия нашла пельменную, куда заманила нас на следующий день. Так что для обеспечения физических потребностей могу рекомендовать эти места («Блинчики», Б. Московская, 32; «Пельменная», Б. Московская , 27а). Кстати, прямо под пельменной было еще одно заведение, менее банальное. Это рюмочная, но! Внимание! Не просто рюмочная, а совмещенная с Центром коррекции речи. Например, вы с трудом подбираете слова, запинаетесь, стесняетесь выступить перед публикой. Заходите в этот Центр, проходите краткий курс коррекции речи, и прямо чувствуете как на вас снисходит дух Цицерона. Конечно, курс лечения нужно проходить под наблюдением специального бармена-логопеда, так как слишком большая доза препарата может вызвать противоположный эффект. Ну, это как с любым лекарством.

После блинов и пельменей хотелось еще погулять. Рядом с оборонительным валом мы нашли романтичную водонапорную башню, за которой располагался небольшой, но интересный музей «Родная природа». В качестве бонуса любителям родной природы показывали кошачьи бои. Увлекшись родной природой, мы слишком углубились в парк, и вдруг путь нам преградили аборигены, занявшие отнюдь не дружелюбные позы. Мы уже ждали вопроса «А вы с какого раёна, пацаны?», но, приглядевшись узнали в аборигенах наших французов, которых мы ненадолго потеряли из виду. Их угрожающий вид, объяснялся, очевидно, тем, что мы незаметно попали в страшную рэп-зону, превращавшую людей в рэперов. Мы решили срочно вернуться в объятия прекрасного, и пошли обратно на улицу Большую Московскую. Там мы нашли милый уголок (отходящая от Б. Московской улица Георгиевская), отчасти напомнивший декорации «Мосфильма», а в нем – барочную церковь Георгия Победоносца с гризайлями, которые редко можно встретить в православном храме. Недалеко от храма стоял фургончик Владимирского государственного симфонического оркестра. Лев с виолончелью – это, очевидно, сам губернатор. Умилившись столь просвещенному правлению местных властей, мы поняли, что ничего светлее и прекраснее мы уже сегодня не встретим, и поехали в отель. О нем я напишу отдельно, если, конечно, модераторы пропустят такой пост.
0
Опубликовать в своем блоге livejournal.com
 

Добавить комментарий


Защитный код
Не видно код? Показать другой


img src=